Мировые энергетические рынки завершили последнюю неделю октября 2026 года в состоянии беспрецедентного напряжения: ключевые эталоны нефти удерживаются на многомесячных максимумах, несмотря на рекордное с начала военного конфликта восстановление физического экспорта из Персидского залива. Военно-морская эскалация в Ормузском проливе, угрозы логистических коллапсов, истощение мировых коммерческих запасов и политические маневры в Вашингтоне перед промежуточными выборами сформировали парадоксальную картину, где геополитический страх и взрывной рост стоимости фрахта полностью перечеркивают традиционные законы спроса и предложения.
Динамика цен и конъюнктура рынка
На неделе с 26 октября по 1 ноября 2026 года международный эталон Brent торговался в районе 115–118 долларов за баррель (117,67 доллара на пике), а американский сорт WTI достигал 104,57–104,61 доллара за баррель, прибавив с начала войны в феврале свыше 50%. При этом данные сервисов отслеживания танкеров Vortexa и Kpler свидетельствуют, что отгрузки сырой нефти из Персидского залива восстановились до довоенных объёмов, превысив в отдельные дни 24 млн баррелей в сутки. Однако парадокс рынка заключается в том, что наращивание поставок не снижает цен: по оценкам инвестиционного банка Goldman Sachs, геополитическая премия за риск в стоимости Brent составляет порядка 27 долларов за баррель. Как отмечает глава отдела стратегии на сырьевых рынках JPMorgan Natasha Kaneva, фундаментальная справедливая цена нефти находится в районе 94 долларов за баррель, но рынок перегрет из-за страха полного перекрытия ормузского транзита.
Вторым мощнейшим фактором удорожания сырья стал беспрецедентный рост логистических издержек: стоимость доставки нефти из Залива в Азию подскочила до 36 долларов за баррель, что более чем в 5 раз превышает довоенные показатели. По данным ценового агентства Argus Media, доля фрахта в итоговой стоимости нефти для азиатских покупателей выросла с традиционных 4–7% до аномальных 25–30%. Это вызвано необходимостью сложнейших каботажных челночных рейсов государственными танкерами через Ормузский пролив с последующей перевалкой «борт-о-борт» (ship-to-ship) в Оманском заливе у Фуджейры. Дополнительное давление оказывает критическое истощение мировых коммерческих запасов нефти, которые упали до 6-летних сезонных минимумов, а также резкое возобновление импорта Китая, выросшего с июльского дна более чем на 3 млн баррелей в сутки после отмены июньского запрета на экспорт нефтепродуктов.
Геополитика и Ормузский пролив
Седьмой месяц военной операции США и Израиля против Ирана ознаменовался самым высоким с начала конфликта уровнем атак на торговое судоходство. По данным аналитиков, в октябре Иран атаковал не менее 30 гражданских судов, а командные структуры Корпуса стражей исламской революции (КСИР) заявили о подрыве на минах трех танкеров в южной части Ормузского пролива. Одновременно йеменские хуситы возобновили удары по территории Саудовской Аравии, атаковав крупный НПЗ и терминал Рас-Таннура, а также нефтепровод «Восток-Запад». Новоучрежденный иранский Орган Ормузского пролива (PGSA) занес в «черный список» более 120 судов и вынес официальное предупреждение южнокорейскому танкерному оператору Sinokor, контролирующему более 80 супертанкеров класса VLCC (около 20% всего идентифицированного танкерного трафика в регионе), пообещав начать против него принудительные действия с 1 ноября.
Сама иранская экономика под воздействием американской морской блокады переживает тяжелейший кризис. Загрузки нефти на экспорт из портов Ирана в сентябре и октябре упали до нуля, а объем иранского сырья в плавучих хранилищах у берегов Малайзии сократился с 40 млн до менее 10 млн баррелей. По прогнозу МВФ, ВВП Ирана сократится в этом году на 7,6%, а министр финансов США Scott Bessent заявил о вероятном падении экономики Ирана на 25% к марту следующего года. В условиях разрушения свыше 20% газоперерабатывающих мощностей гигантского месторождения Южный Парс и дефицита газа в 400 млн кубометров в день, первый вице-президент Ирана Mohammad Reza Aref и спикер парламента Ирана Mohammad Bagher Ghalibaf призвали население сократить потребление газа на 10%, введя двухдневную удаленную работу для госслужащих и угрожая отключениями неэкономным потребителям.
США, выборы и дизельная сделка
Накануне промежуточных выборов в Конгресс США 3 ноября 2026 года рост стоимости топлива стал главным политическим кошмаром Белого дома. Розничные цены на бензин в США удержались выше 4,25–4,33 доллара за галлон, а средняя стоимость дизельного топлива подскочила до 6,18–6,34 доллара за галлон (против 3,66 доллара годом ранее), что наносит тяжелый удар по аграриям и логистике. В попытке экстренно сбить цены президент США Donald Trump заключил беспрецедентную сделку с президентом РФ Владимиром Путиным, приостановив на 6 месяцев американские санкции в отношении российского дизеля в обмен на обязательство Москвы поставить на мировой рынок до 4,8 млн тонн топлива (из них 1,8 млн тонн по прямому соглашению).
В рамках этой сделки в направлении портов США уже вышли 7 танкеров с 288 000 тонн российского дизеля на борту, включая подсанкционные суда Talisman, Leruo и Agioi Fanendes. Оформлением поставок со стороны Москвы занимался Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ) под руководством Кирилла Дмитриева при поддержке вице-премьера РФ Александра Новака. Однако сделка спровоцировала острейший политический скандал внутри США: сенаторы-демократы и губернатор штата Нью-Джерси Mikie Sherrill назвали соглашение «коррупционным» и угрожают блокировкой разгрузки судов в местных портах. Параллельно, дабы уберечь российские НПЗ от разрушения и предотвратить мировой дизельный дефицит, Белый дом оказал жесточайшее давление на Киев: спецпосланники США Jared Kushner и Steve Witkoff в ультимативной форме потребовали от президента Украины Владимира Зеленского прекратить удары дронов по российской нефтяной инфраструктуре, после чего Киев вынужденно приостановил эту кампанию.
Газовый рынок и европейский тупик
Европейский энергетический сектор вступает в зимний период в условиях стремительно растущих цен и угрозы острого дефицита. Стоимость газа на эталонном хабе TTF в Нидерландах подскочила выше 100 евро за мегаватт-час (100,95–104,29 евро), поднявшись за октябрь на 39% и достигнув максимума с декабря 2022 года. Заполненность подземных хранилищ газа (ПХГ) в странах Евросоюза зафиксирована на уровне 74,6–75%, что существенно ниже исторической нормы для конца октября (80%+). Из-за блокировки катарского экспорта СПГ в Ормузском проливе импорт сжиженного газа в Европу просел на 11%, а прогнозируемое снижение скорости арктических ветров в ноябре повышает риски ранних заморозков и досрочного истощения резервов.
На этом фоне в США разгорелся громкий корпоративный скандал: руководство американского стартапа Polar Train LNG, разрабатывавшего СПГ-терминал на Аляске стоимостью 25 млрд долларов, во главе с Gentry Beach ушло в отставку после обвинений в том, что проект тайным образом контролируется и финансируется российской компанией «Новатэк». Проект предполагал покупку гравитационной платформы «Новатэка» и использование технологий, созданных бывшим топ-менеджером компании Bjorn Gundersen (ныне операционный директор Tech Wave в Абу-Даби). Тем временем на внутреннем рынке США зафиксирована крупнейшая консолидация: газовый гигант EQT Corp. во главе с Toby Rice объявил о покупке компании Range Resources за 13 млрд долларов, создав крупнейшего вертикально интегрированного производителя с объемом добычи более 9 млрд кубических футов в день в Аппалачском бассейне.
Рекордные прибыли супермажоров и стратегия отрасли
Финансовая отчетность крупнейших мировых энергетических корпораций за третий квартал 2026 года продемонстрировала колоссальные прибыли, вызванные рекордной маржой нефтепереработки. На фоне дефицита дизеля маржа переработки ведущих компаний достигала аномальных 42 долларов за баррель (против 28 долларов в 2022 году). Британский концерн Shell под руководством главы компании Wael Sawan практически удвоил квартальную чистую прибыль до 10,81 млрд долларов, увеличив программу обратного выкупа акций до 5 млрд долларов. Другой британский гигант BP во главе с главой компании Meg O’Neill отчитался о высочайшей за 18 лет прибыли в 8,46 млрд долларов, а итальянская Eni удвоила операционную прибыль до 5,99 млрд евро, объявив о разовом дивиденде в 1,3 млрд евро.
Высокие цены на сырье внесли коррективы и в долгосрочные стратегии нефтяных гигантов. Американская корпорация Chevron, завершив сделку по покупке Hess за 53 млрд долларов ради получения 30%-й доли в глубоководных блоках Гайаны, возобновила масштабную разведку в новых неразработанных регионах (Суринам, Намибия, Бразилия), заявив о смещении прогнозов пика мирового спроса на нефть на многие годы вперед. Одновременно в США Администрация по охране окружающей среды (EPA) под руководством Lee Zeldin приняла решение отменить нормы эпохи Байдена по улавливанию метана для 77% малодебитных («маржинальных») скважин (дающих до 15 баррелей в день). По оценкам EPA, эта мера отмены экологических ограничений позволит отрасли сэкономить 45 млрд долларов до 2050 года и дополнительно дать рынку 210 млн баррелей нефти.
Взгляд вперёд
Ближайшие недели станут определяющими для всей мировой системы энергоснабжения. Ключевой развилкой являются промежуточные выборы в США 3 ноября: в случае снятия предвыборных политических ограничений Белый дом может санкционировать массированную воздушно-морскую операцию против ядерных и энергетических объектов Ирана. Как предупреждает старший аналитик S&P Global Jim Burkhard, масштабные бомбардировки и ответные иранские удары способны подбросить цены на нефть Brent до 130–140 долларов за баррель. Кроме того, рынок ожидает реализации юридических угроз иранского органа PGSA против южнокорейского перевозчика Sinokor с 1 ноября, что способно вновь заблокировать челночные отгрузки нефти через Ормузский пролив.
Серьезные испытания ждут и европейский континент: прибытие первых танкеров с российским дизелем в порты США 7–9 ноября рискует обернуться судебными исками и таможенной блокировкой в штате Нью-Джерси, что лишит рынок ожидаемого облегчения. При этом приближение зимних холодов при заполненности европейских ПХГ лишь на 74,6% неизбежно обострит жесткую ценовую конкуренцию между европейскими и азиатскими покупателями за ограниченные свободные партии СПГ, сохраняя цены на газ и нефтепродукты на рекордных уровнях.